Горнодобывающее предприятие Акташский ртутный рудник

Горнодобывающее предприятие Акташский ртутный рудник

Горнодобывающее предприятие Акташский ртутный рудник

       Наличие ртутного оруднения в Горном Алтае было известно еще с момента его открытия в 1912 году экспедицией П.А. Чихачева, а Акташское месторождение открыто геологом А.С. Мухиным в 1935 году, когда он работал в составе геологоразведочной партии под руководством В.А. Кузнецова. Разработку его сдерживала отдаленность от промышленных центров страны, труднодоступность и отсутствие железной дороги для транспортировки.

      Постановление о строительстве рудникаОднако, с началом войны, уже в сентябре 1941 года, согласно приказу Наркома цветной металлургии СССР П.Ф. Ломако, геологоразведочная партия, работавшая на территории Ойротии, обязывалась наряду с ведением разведочных работ попутно добывать ртуть. Однако такая организация работ не могла решить проблему поставки ртути в необходимых стране объемах. Поэтому руководство области вынуждено было в ноябре 1941 года принять решение, обязывающее имевшееся Ойротское приисковое управление, занимавшееся добычей золота, немедленно приступить к организации в Акташе ртутного рудника, для чего с нерентабельных золотоприисков оно должно было выделить нужное количество рабочей силы, инженерно-технических работников и специальной техники.

    Для организации работы по добыче так необходимого Родине металла в октябре 1941 года Наркомат цветной металлургии принял решение о назначении директором Ойротского приискового управления Вадима Николаевича Оглоблина.

    Позднее он вспоминал об этом так: «В один из тревожных дней октября 1941 года в кабинете главного инженера Главка, эвакуированного к тому времени из Москвы в Новосибирск, состоялся разговор о моей будущей работе.

      - Есть соображение – сказал главный инженер Главка А.И. Примак, мой однокашник по Свердловскому горному институту – назначить тебя директором Ойротского приискового управления. Это в Алтайском крае, недалеко от Бийска (на самом деле – в 445 км. – прим.авт.). – Прямо скажу – по золоту предприятие не из крупных. Там нужно решать другую весьма важную задачу: организовать добычу ртути. Как известно, извлечение рудного золота невозможно без ртутной амальгации, а ртутная база страны – Никитовский рудник – находится в руках немцев. Практически мы теперь получаем ртуть только с Хайдарканского рудника в Киргизии, но возместить потерю Никитовки он не может. Нам нужно развивать без малейшего промедления ртутную промышленность в восточных районах страны… В Ойротской автономной области Акташское и Чаган-Узунское месторождения киновари являются первоклассным сырьем для извлечения ртути. Надо… в кратчайший срок начать добычу ртути даже в ущерб золотодобыче. Если пойдет алтайская ртуть, то на ее основе золоторудные предприятия востока страны во сто крат перекроют недовыполнение плана золотодобычи Ойротским приисковым управлением»

     То есть на тот момент добыча ртути была даже важнее добычи золота в области. Уже в ноябре 1941 года с приказом о назначении В.Н. Оглоблин и ответственный работник Главка Наркомата цветной металлургии Александр Леонидович Вильмис отправились поездом из Новосибирска в Бийск, а затем на грузовой машине – до областного центра области, Ойрот-Туры. Здесь, доложив о цели приезда в обкоме партии, Вильмис, Оглоблин и главный инженер управления Ф.П. Лопатин на попутной машине отправляются по нашему знаменитому, но в те годы очень труднопроходимому Чуйскому тракту почти к самой границе с Тувой, в Улаганский район, где и были расположены Чаган-Узунское и Акташское месторождения. Селение Акташ тогда состояло из нескольких небольших домишек, примитивно сделанных «не то из глины, не то из камня». В одном из них размещалась геологоразведочная партия. Предпочтение было отдано Акташскому месторождению.

     Тогда же, в ноябре 1941 года, Ойротский обком ВКП (б) и облисполком приняли совместное решение, обязывающее Ойротское приисковое управление немедленно приступить к организации рудника, директором которого был назначен Иван Ильич Чуб.

     Сразу в ноябре началась разработка Акташского месторождения киновари (ртутной руды), прогремели первые взрывы горной породы и была проведена пробная возгонка ртути, которая показала возможность получения жидкого металла – ртути марки Р-2.

    18 декабря 1941 года бюро Ойротского обкома партии приняло специальное постановление, где предлагалось организовать управление Ойротского ртутного рудника, немедленно организовать старательскую добычу металла и определялось количество муфельных печей (8), которые должны быть построены к 20 февраля 1942 года и доводился план добычи руды в количестве трех тонн в сутки.

     Т. Оглоблину предлагалось построить 3 барака на 50 человек каждый в срок до 15.01.1942 – один, к 1 февраля – еще два. В качестве директора рудника в постановлении уже упоминается П.Н. Татарченко.

Работники Акташского рудника. Фото Национальный музей РА им. Анохина.

    В декабре 1941 года Ойротское приисковое управление приняло от геологоразведочной партии месторождение и создало старательскую артель по добыче ртути, председателем которой стал Павел Степанович Зяблицкий. Горным мастером работал П.И. Насадин.

     Решение поставленных задач на практике встретилось с огромными трудностями. Стояли жесточайшие сибирские морозы – до -40-45º, не хватало рабочих рук, особенно квалифицированных бурильщиков, взрывников, забойщиков, не было транспорта для перевозки грузов – стройматериалов и руды. Ощущался острый недостаток технических материалов: буровой стали, сортового железа, войлока.

     Чтобы обеспечить рудник кадрами рабочих, Ойротский обком комсомола обратился к молодежи Ойрот-Туры, области и Алтайского края с призывом идти работать на ртутное предприятие. Это обращение нашло поддержку у молодежи. На стройку приехала первая партия рабочих – 40 юношей и девушек (их было большинство – до 60%).

Старожилы Акташского рудника Фото 1941, 1943 гг

     Условия жизни и работы были очень тяжелыми. В дробильном отделении были установлены две дробилки, но приходилось орудовать тяжелыми молотками и кувалдами. Руда в дробилку доставлялась на тачках. Возгонку ртути вели в примитивных ретортных печах без конденсаторных устройств. Конденсатором была обыкновенная бочка с водой, в которую вводилась трубка из реторты. Люди возле возгонки ходили в мокрых повязках, чтобы не отравиться парами ртути. Никаких респираторов не было.

     Рудник постепенно разрастался, появлялись новые люди, строились бараки, но все вручную.

Почти все делалось женщинами вручную. Фото Национальный музей РА им. Анохина..jpg

     Чтобы обеспечить рудой завод, часто после смены люди собирались в горцехе, набирали руду в мешки, грузили на санки и километра два везли на завод. В летний период строили дорогу от подножия горы до поселка, трасса шла по очень трудной местности, приходилось прорубать скальную породу, копать землю, убирать мох. Мешала вечная мерзлота, которая таяла и заливала дорогу. Некоторые участки восстанавливали по нескольку раз. Первая машина до поселка прошла лишь в 1945 году незадолго до Победы. Вел ее шофер Иван Хохолков, вернувшийся с фронта по ранению.

     Одеты были люди очень плохо, часто зимнюю спецодежду и валенки доставляли в мае и приходилось ходить в них по слякоти, а в ботинках на деревянной подошве – зимой. Чтобы не отморозить ноги, наматывали обмотки.

     В таких невероятно тяжких условиях на руднике постоянно перевыполнялись производственные планы. Уже в феврале 1942 года план по добыче ртути был выполнен на 166,6%, в марте – на 250%, а увеличенный апрельский – на 185%.

     Первопроходцы рудника вспоминали, что бывали случаи отравления, люди болели, расшатывались и выпадали зубы, распухали десна. Лекарств и медицинской помощи не было, лишь в 1945 году на рудник приехал фельдшер. И таких больных отправляли на «лечение и отдых» – на лесозаготовки (для строительства бараков).

    В 1942 году «за самоотверженный труд», как тогда формулировали в документах, за досрочное выполнение задания по добыче ртути начальник рудника Н.Г. Татарченко был награжден орденом «Знак Почета», сменный мастер Пелагея Майдурова – медалью «За трудовую доблесть».

Дети работников рудника, военные годы. Фото из личного архива семьи Зяблицких..

     Коллектив рудника трудился и жил с одной целью – дать Родине ртуть. К апрелю 1944 года в рудоуправлении работало 328 рабочих и специалистов. В этот период уже работала обогатительная фабрика производительностью 40 тонн руды в сутки.

     29 марта 1944 года предприятие было выделено из состава «Ойротзолото» и передано в систему «Главвольфрам». В 1945 году план добычи руды и выпуска ртути также был перевыполнен.

     Сегодня нам трудно даже представить то самопожертвование людей, которое и явилось основой всенародной Победы в Великой Войне. Каждый, кто внес свой вклад в эту Победу, достоин не только государственных наград, но и вечной памяти и благодарности нас, потомков, просто за возможность мирно жить на земле.

     В послевоенное время шло поступательное развитие производства, его модернизация, наращивание производственных объемов. 14 апреля 2004 года предприятие было ликвидировано.

      Полная версия статьи: Майер В.П. Акташский ртутный рудник. История становления в годы Великой Отечественной войны // Сборник материалов республиканской научно-исторической конференции «Горный Алтай в годы Великой Отечественной войны». - Горно-Алтайск. – 2010. – с. 72-75.

Источники и литература:

1.       КПДА РА Ф. № Р-698, оп. 1, д.д. 11, 19, 22, 23, 27, 33, 34

2.       Очерки истории Горно-Алтайской областной организации КПСС. г. Горно-Алтайск, 1971

3.       Медведев И.Ф. Промышленное развитие Горного Алтая в XX веке г. Горно-Алтайск, 2008

4.       Полтева Т.И. Акташский рудник // Республика Алтай. Краткая энциклопедия. Новосибирск: Арта. – 2010. - с. 82.


ГА РА Ф. П-1-2-8-28.jpg  ГА РА Ф. П-1-2-157-56.jpg  ГА РА Ф. П-1-2-395-7.  ГА РА Ф. П-1-2-395-13.  ГА РА Ф.П-1-2-395-13 об  ГА РА Ф. П-1-2-395-14.  ГА РА Ф. П-1-2-395-14 об  ГА РА Ф. П-1-2-395-19.  ГА РА Ф.П-1-2-395-35. ГА РА Ф.П-1-2-395-36 об. ГА РА Ф. П-1-2-395-36.   ГА РА Ф. П-1-2-395-37.